Мне девятнадцать лет. До прошлого г...

Мне девятнадцать лет. До прошлого года я не теряла близких людей. Всякие дальние тети, дяди, которых плохо знала, не в счет. Полтора года назад начался кошмар. У дедушки нашли рак. В мае сделали операцию, всё вроде бы наладилось. А в августе с тем же попал в больницу второй дедушка, в октябре его похоронили. Никогда в жизни не забуду папин голос в трубке: «Дед умирает». Не успела оправиться от шока, как в январе говорят, что и тот дедушка, которому сделали операцию, и все вроде наладилось — безнадежен. Самое страшное, что в тот же день моей тетушке, бабушкиной сестре (у неё нет своих детей, и я ей за внучку) ставят диагноз – рак. Прошло восемь месяцев. Тетя борется с болезнью, а дедушка высыхает на глазах. И ничем, ничем нельзя помочь! Живу, как на вулкане. Не знаю, с какой стороны ждать беды. Полтора года ни одного спокойного дня. Все мысли только об одном: «Господи, помоги им». Я стала параноиком, телефонных звонков боюсь до дрожи. В семье периодически истерики. У меня, у бабушки, у тетушки, у мамы. Я зацеловываю деда, обнимаю, а он тайком, думая, что я не вижу, смахивает слезы. Это самые страшные слезы. Я никогда не думала, что такое возможно, что я могу их потерять. Нет, конечно, я знала, что никто не вечен, но так...