Москва. Офис крупной компании. Я на...

Когда я была маленькая и ходила в детский сад, я была очень буйным ребенком. Меня вечно ругала воспитательница. И вот однажды она вызвала мою маму и начала меня ругать. Ну я и не выдержала - укусила ее за ногу, порвав колготки)))

Каждый раз, когда возвращаемся с женихом домой, у нас есть традиция: он снимает с меня всю одежду и чешет меня, чешет. Спинку, там, где был лифчик, там, где колготки весь день стягивали поясницу. Это блаженство)

Люблю помогать людям в ущерб себе, во всех смыслах. Катаюсь по делам, увидел попутчика, подобрал и довёз. выглядел бедно и расстроено, сказал что ограбили, что не с нашего города. Дал ему денег и подарил свой телефон. он оказался директором фирмы, теперь работаю его замом в столице.

Поссорились с мужем. Пришла, легла ему на коленки. Вижу, у него эрекция началась. Но он дуется и не разговаривает. Говорю ему эротично: "А вот ОН меня любит!" Помирились))

У меня трусы делятся на "зимнюю" и "летнюю" коллекции. В летней новые, хорошие, с тугой резинкой. В "зимней" - со слабой резинкой. Они носятся под колготки, которые их держат и не слетают во время носки.

Моя одногруппница бесила всех, включая преподов и уборщиц. Дружелюбно выслушав историю, она говорила: «Это ещё что! А вот у меня...» Могла вклиниться в чужую беседу с этой фразой, перебить лектора, когда он рассказывал случай из жизни. Её истории никогда не были интересными. Однажды препод не выдержал и сказал, чтобы пару вела она, потому что у него уже началась мигрень. И эта девушка, ничуть не смутившись, ответила: «Это ещё что! У папы от меня начинается понос, и он в туалете прячется».

Работаю в полиции, конкретно в патрульно-постовой службе. Часто отправляют на заявки, где приходится иметь дело с бомжами. Пока доставляю в отдел, слушаю историю их жизни, от которой ком в горле застревает и глаза мокнут. Они и рады в отделе переночевать, хоть тепло. Не судимые, добрейшие люди, от всех отвернулись родные, кого-то выгнали сами. Иногда даю им денег или поесть. Сердобольным в полиции не место.

Продали мы раз щенка, немецкую овчарку, в пригород, маме пятерых детей... Через несколько месяцев звонит и плачет: Я, говорит, пришла с работы, еле живая, сплю, слышу - лает собака, но я на нее внимания не обратила... Через минуты три просыпаюсь от того, что она тащит мою пятилетнюю дочь к выходу. Упорно тащит за пижаму, ворчит при этом. Я смотрю, а у меня дом загорается... Моя взрослая бультерьерша убежала на улицу, а этот пятимесячный щенок тащит ребенка, потому что меня не смог разбудить...

Мой муж любит свою лучшую подругу, но не признаётся себе в этом, ведь он женат на мне. Она тоже его любит, но она слишком хорошая и честная девочка, чтобы разрушить его семью. Могу вправить им мозги и сделать их счастливыми, но не делаю этого. И чувствую себя последней мразью, потому что когда мне угрожала опасность, они, не раздумывая, вступились за меня. Он продал машину за мой долг после того, как на меня напали коллекторы, и он узнал о существовании долга. А его подруга была рядом во время нападения, и у неё огромный шрам на животе, потому что она закрыла меня собой. Понимаю, что не найду такого славного мужа, если позволю им быть вместе...

У меня очень любящий и понимающий отец. Никогда меня не бил. И меня это гложило. Все дети во дворе рассказывали про порку. Я не выдержала и позвала папу на серьезный разговор. Был поставлен ультиматум: либо он меня отмудохает ремнем до синяков, либо он мне не отец. Мне тогда было 8 лет. Чем я думала — непонятно. Знатно тогда меня выпорол. Неделю было больно сидеть. Запомнила на всю жизнь.