Не могу в забитом общественном транспорте занимать освободившееся место. Жду пока количество освободившихся сидений станет равно количеству стоящих людей. После этого могу сесть со спокойной душой.
Перестала отвечать правду на вопрос, где я работаю. Как узнают, что в нефтяной компании, даже те с кем общалась годами, начинают борзеть ( то за такси заплати, то за обед, просят в долг большие суммы и маленькие, приглашают куда нибудь, а потом"забывают бумажник", все обещают вернуть, но еще никто не вернул! Мало кто знает, что с оплатой квартиры, транспорта и прочих нужд, самой порой не хватает.
Только что увидела, как дрались две кошечки нашего кота, причём одна беременная. Прямо с воплями и мордобоем. Орали долго, в итоге беременная осталась, а другая дала деру. Такое ощущение, что стала свидетельницей семейного скандала, когда законная жена оттаскала и выгнала любовницу мужа. Всё, как у людей.
Самыми удивительно приятными для меня комплиментами были слова детей в общественном транспорте. В первый раз это случилось, когда я ехала на эскалаторе в метро параллельно с маленькой девочкой и её мамой, она позвала маму и довольно громко ей сказала, показывая на меня: "Правда тётя красивая?" Тогда просто улыбнула детская непосредственность. Второй раз произошёл четыре года спустя, я к тому времени растолстела на 15 кг и была жутко недовольна своей внешностью. Ехала в наушниках, и на одной из станций ко мне подошла женщина, которая сидела напротив меня, и сказала, что её дочь считает меня очень красивой. Этот случай до сих пор мне поднимает настроение)
У меня хорошо развита интуиция и иногда я могу предвидеть будущее. Но пока мой дар использует папа, потому что я безошибочно угадываю места, где ловится рыба.
Я работаю поваром в ресторане и как меня бесят люди, которые приходят ко мне домой и говорят моему молодому человеку, как ему повезло! Ведь я могу готовить экзотические блюда и как они удивляются когда узнают, что я не готовлю дома. Люди! Я работаю 14 часов в день около плиты, мне становится плохо от мысли, что это ждет меня дома. За готовку отвечает мой любимый и он счастлив. Ему НРАВИТСЯ! Не потому что он ПОДКАБЛУЧНИК СРАНЫЙ, а потому что любит меня. Для нас это НОРМАЛЬНО! Отстаньте, наконец!
У меня была однокурсница с сильным пороком сердца. Худая, бледная, не особо красивая. На занятия её водила мама и забирала. Будучи людьми взрослыми, никто над ней не смеялся, а наоборот жалели и оберегали. Предлагали донести сумку, проводить, подкармливали... Я считала это лицемерием и общалась с ней так же как с другими: ни разу не предложила помощь, звала с собой выйти покурить, пила при ней пиво, материлась и рассказывала о своих тусовках. Могла психануть на неё и послать на х, занимала деньги и возвращала через год. Вообще все меня считали бесчувственный сволочью по отношению к этой девушке. А она не общалась ни с кем кроме меня, потому что с её слов: только я считала её полноценным человеком, а все остальные своей жалостью вечно напоминали, что она инвалид и в чем-то ограничена.
Я плацкартный Супермен! Избавляю окружающих от смрадного благоухания обуви. Жду, пока человек наденет тапки и уйдёт в туалет, а затем быстро и обильно пшикаю дезодорантом для ног в его оставленную обувь. И вони нет. Ещё ни один человек не понял, в чём дело; не заметил, откуда пошёл свежий аромат. Ну как, собственно, никто из них и не замечал изначально, что от него дико воняет((
Лет двадцать назад бежал Московский международный марафон мира впервые в жизни, 42 км. Жара +30, народу 17 тысяч человек. Правду говорят, что марафон начинается после 30 км. Всех родных вспомнил, насмотрелся разного, но самым эпичным стало зрелище, как один мужик запрыгнул в кусты посрать, но не учёл, что они в центре Москвы подстрижены на полтора метра: вверху зелень, а внизу голые тонкие стволы. Снял он трусы и как выдал струю поноса! Хорошо хоть, что бегунов не смыло ударной волной!
Бесит, когда разговаривают по телефону в соседней кабинке общественного туалета. Стараюсь журчать как можно громче. И взбзднуть посильней, чтобы на том конце провода услышали, как для человека важен разговор, что, даже справляя нужду, он не прерывается ни на секунду.