Привыкла засыпать под передачи Прок...

Я много путешествую. Одной из первых поездок был лагерь в Хорватии. Мне было лет 15, и там на дискотеке я в первый раз увидела ЕГО под нашу песню Майкла Джексона "You're not alone". Мы ещё несколько раз встречались в этом лагере, потом потерялись. После этого я объездила ещё полмира — Азия, Европа — было много всего. Но как же забилось сердце, когда спустя 15 лет, в крошечной кухне нью-йоркского отеля и, грея свою гречку, я услышала эту песню на чьём-то телефоне и зашёл он — наш новый шеф-повар.

Лежала в больнице в двухместной палате. Я с годовалым сыном и семилетний мальчик. С виду обычный. Первый день проявлял интерес к новым постояльцам. Активно помогал с малышом. Во второй день стал шуметь, залазить на подоконник, говорить матные слова. Но, что больше всего меня удивило, когда я предупредила, что за маты бью по губам и побила, он смеялся. И по попе била он смеялся. Я поняла, что ему не хватает внимания. Мама к нему приходила. Быдловатая женщина в спортивном костюме. Она приносила ребенку чистую одежду, соки, и прочее. Мне показалось, что ее забота наиграна, но я решила, что какая-никакая но она мать. И это не мое дело. За день до выписки, мальчик сказал, что не хочет выздоравливать, а хочет болеть вместе с нами. Оказалось, что после больницы он возвращается в приют. Мама навещает его по заявлению. Решается вопрос о лишении родительских прав, потому что мать два раза ткнула в отца ножом. Не смертельно, но на ноге у папы шрамы... К слову, ребенок смышленый. Читала ему сказки, досчитали вдвоем до 129, я подсказывала. Мы жили вместе 6 дней, и к пятому дню он сознательно помогал, не потому что я взрослая, а потому что мы были на равных. Он подавал мне памперсы а я подавала ему книжки и телефон, он ставил тарелки на стол, а я уносила их. Мы стали одной командой. Я даже скачала для него песню, с его слов "Стаса Михайловича - мы падаем на землю вместе мы" и слушали ее, хоть я терпеть не могу шансон. Но стоило увидеть как он улыбается и подпевает, и мне уже было все равно. Эта была история про то, что можно дарить любовь и внимание даже чужим детям, чтобы их хмурый мир стал чуть светлее.

Записалась на узи груди, пришла - народу куча, не понять как вызывают. Сижу жду, зовут на 15. 00. Захожу, врач, отвернувшись, говорит по телефону. Я по-тихому раздеваюсь, наконец он обращает на меня внимание. Я уже стою в полной боевой готовности снять лифчик. Вижу вопросительный взгляд, говорю зачем явилась, на что он мне с лыбой заявляет: "А вам в соседний кабинет, но вы продолжайте, не стесняйтесь". Так быстро я еще не одевалась.

В первом классе школы (1972 год) со мной приключился казус. Я вертелся, учителя не слушал. Когда она с третьего раза добилась моего внимания, спросила: "Кто перавым в космос полетел?". Я на абсолютно белом глазу выпалил: "Ленин!". Класс лег. Этот ляп, до сих пор переается по наследству в школе.

Люблю помогать людям в ущерб себе, во всех смыслах. Катаюсь по делам, увидел попутчика, подобрал и довёз. выглядел бедно и расстроено, сказал что ограбили, что не с нашего города. Дал ему денег и подарил свой телефон. он оказался директором фирмы, теперь работаю его замом в столице.

Сидели с мужем в гостях у его брата. Думали, что посмотреть. Брат через телефон подключается к телевизору, я прохожу мимо. Говорит "прокрути вниз, какие там фильмы есть". Я пальцем по экрану прокручиваю и восхищаюсь, как ребенок: "Вау! Сенсорный! Такой огромный! Сколько ж он стоит!? Суууууупер!" Поворачиваюсь, а муж ухахатывается лежит, перевожу взгляд на брата, а он параллельно сам прокручивает на экране смартфона, наблюдая за мной... Мне 30 скоро, а они разводят как ребенка  Так и живем)

Со старшей сестрой разница в 18 лет, мы никогда не были особенно близки. Мне было восемь, когда она родила, и девять, когда переехала к нам - это был кромешный ад. Она издевалась надо мной, как могла - оставить без ужина, запереть в комнате, запретить слезать с кровати по несколько дней (мне даже горшок был выделен). Мама в основном была на работе или принимала сторону сестры. Это было тяжело. Я плакала почти семь лет после этих событий при одном воспоминании, были лишние кг и стеснение при общении, но я старательно выгоняла это из себя, взяла себя в руки. Переехала в США, отходила курс у психолога (уже тут), хорошо зарабатываю, живу в Н-Й. С сестрой и племянницей общаюсь спокойно, без любви, все уже давно улажено и забыто, но тут она отправила девочку в лагерь сюда, предложила мне немного с ней посидеть перед ним. Я согласилась - показала город, купила ей телефон и новую одежду, потому что могу, да и ее жаль было, вдруг, сверстники заклюют. Ребёнок в лагере, и тут мне звонит сестра и начинает орать: "Зачем ты это сделала? Пристыдить, что ли, меня хочешь?" Без оскорблений не обошлось, узнала, что я все ещё тварь и стерва, как и всю жизнь. Не понимаю, что у нее в голове.

Неделю сижу дома, вышла на улицу за едой, а около магазина голубь катается с горки для тележек. Встает наверх, замирает, скатывается. Снова наверх, и скатывается. Полезла за телефоном, а голубь повернул голову, посмотрел сурово и просто медленно УШЕЛ. Вразвалочку так...Ощущение что нас обманывают.

В 8 лет родители отправили меня в летний лагерь. На ночь детские спальни вожатая (ворчливая женщина) запирала на ключ. Многих это крайне возмущало, так как приходилось терпеть до утра, если вдруг приспичивало (я частенько мочился в кровать). Одним прекрасным утром просыпаемся с витающим в воздухе душком каках. Кто-то навалил кучку прямо под дверью, а вожатая как раз и угадила в неё шлёпонцем. Виновник себя не выдал. Мысленно благадарю того героя, который противостоял тиракту "закрытых дверей".

В один дождливый вечер кто-то начал долбиться в дверь. Мы с мужем от неожиданности перетрухнули, но дверь открыли. За дверью стоял мальчик лет 6-ти, весь мокрый. Ребёнка впустили, стали расспрашивать кто он, откуда, где его родители. Он сказал, что зовут его Коля, а родители дома, но он не помнит свой адрес. Пока я шла за полотенцем в ванную, а муж за телефоном в спальню, чтобы позвонить в полицию, Коля благополучно свалил... вместе с моими золотыми часами и туфлями. Больше мы его не видели.