Живу с молодым человеком. Однажды л...

На работе в подсобке держу не только аптечку и чайные принадлежности, есть "аварийный набор": прокладки, чулки в упаковке, нитки, иголки и прочее. Коллеги знают, запасы пополняют все, кто пользуется. Стали ученицы забегать в случае аварий. Мы понимаем, не отказываем. А они воспринимают это как само собой разумеющуюся безвозмездную помощь. Купили прокладки подешевле. Сегодня ученица выдала: "А по какому праву Вы на нас экономите? Я пожаловаться могу." Предложила ей заявить в комиссию по правам человека.

Ехали с мужем и нашими двумя детьми (8 лет и 2 года) из Питера к его родителям, они живут в деревне под Архангельском. Вышли с поезда в Архангельске, сели на лавочку, и он говорит: "Сейчас приду" — и уходит с телефоном моим (он у него лежал) и всеми деньгами. Ушел и больше не вернулся. Я без связи, без копейки денег, с двумя детьми осталась в чужом городе. Дети плачут, устали, есть хотят. Денег нет, знакомых тоже. Помогли нам в полиции, смогла позвонить маме, она сделала перевод на карту полицейского. Добрались домой.

В истории о ВОВ от бабушки нет ничего такого героического. Она рассказывала, как проводила деда и осталась с четырьмя детьми, мал мала меньше. От голода ели лягушек и траву, она копала окопы в лютый мороз в одних тонких чулках так, что ноги были покрыты коркой льда. Позже чуть не посадили "за расхищение социалистической собственности", а это были колоски, оставшиеся на поле после сбора зерна. И ничего в этом нет особенного, кроме разве того, что жили так тогда сотни, сотни тысяч.

Мне 21 год. Как-то на одной из вечеринок, мой друг принес настойку на травах, которую готовила его бабушка. Народу было человек 30, но среди этих 30 человек была та единственная, которая мне нравилась. Когда вся выпивка закончилась, мы перешли к настойке. На следующее утро я проснулся от жуткой вони в инфекционном отделении больницы. Как оказалось, восемь человек из 30, пивших эту настойку, с тяжелым отравлением и жутким поносом доставили в больницу. По фантастическому стечению обстоятельств та девочка Аня оказалась на соседней больничной койке со мной. Там мы и познакомились. Живем с ней уже больше полугода, задумываюсь сделать ей предложение. Спасибо другу, настойке и поносу.

Обожаю осень. Время года неопределившихся людей. Вот стоит красотка в босоножках на колготки, зато в пальто до колен. Вон идёт неподражаемая в сапогах с мехом и футболке. А у меня под пальто надет купальник, ибо в бассейне лень переодеваться.

Когда не успеваю побрить ноги, ложусь спать в чулках, чтобы не колоть любимого )

В моем детстве с родителями жили возле лесопосадки, в которой проходила железная дорога. Все праздники, начиная с весны и до глубокой осени, родители отмечали там, в лесу. Какое же было счастье для нас, детей, когда мимо проезжал поезд, и машинист давал гудок всем, кто махал руками! Детство прошло, я выросла и переехала. И вот мы уже с мужем и дочерью переехали в дом моих родителей. И какой же кайф сейчас, как в детстве, махать рукой поезду и слышать этот "привет из детства". Я счастлива!

В детстве нашла корсет старшей сестры. С подвязками для чулок (а тогда казалось просто классные ленточки), кружевной, он показался мне самой красивой вещью. Думала, сестра прячет, потому что он дорогой, чтобы не украли. Как-то раз она собиралась на дискотеку и упомянула, что нечего надеть. Я же, гордо сияя, притащила его на кухню, где сидели родители... Прости, сестренка, что тебя больше не отпускали на дискотеки. И на свидания. И к подруге на ночевку.

У меня была однокурсница с сильным пороком сердца. Худая, бледная, не особо красивая. На занятия её водила мама и забирала. Будучи людьми взрослыми, никто над ней не смеялся, а наоборот жалели и оберегали. Предлагали донести сумку, проводить, подкармливали... Я считала это лицемерием и общалась с ней так же как с другими: ни разу не предложила помощь, звала с собой выйти покурить, пила при ней пиво, материлась и рассказывала о своих тусовках. Могла психануть на неё и послать на х, занимала деньги и возвращала через год. Вообще все меня считали бесчувственный сволочью по отношению к этой девушке. А она не общалась ни с кем кроме меня, потому что с её слов: только я считала её полноценным человеком, а все остальные своей жалостью вечно напоминали, что она инвалид и в чем-то ограничена.

Поняла, что путь к сердцу мужчины лежит все-таки через желудок... Решила исполнить одну из фантазий моего любимого человека. Села к нему в машину у своего подъезда в одном пальто, под которым было лишь черное кружевное белье и чулки. В сапожках на очаровательной шпильке. Молодой человек мой сообразительный, сразу понял мои замыслы и повез к себе, страстно гладя мои коленки и залезая под пальто. Но по пути все же решил заехать за хачапури с сыром! Но все же вечер удался на славу)