Лежал у нас в гематологическом отде...

Настал момент, когда моей младшей сестре пришлось носить очки. Первый класс, только пошла в школу и очень переживала, да и сложно ребёнку к этому сразу быть готовым. В семье никто очков не носил. Поэтому я решила сделать иначе. Я и моя подруга, частая гостья в нашем доме, стали на постоянной основе ходить в очках (оправа с прозрачными стёклами) и приговаривать при сестре невзначай, какие мы стильные и красивые. Итог: ребёнок через пару дней уже ждал, когда она сможет выбрать очки, как у сестры!

Папа погиб в апреле, а в сентябре моя сестра должна была идти в школу. Она младшая из троих детей, его любимица, он мечтал, как поведёт её за ручку в первый класс. На первое сентября к нам, не сговариваясь, приехали двое папиных братьев и мой старший брат, который жил в другом городе с женой. Все сказали одно и то же: раз он не смог отвезти дочку в школу, то я за него. В итоге её сопровождали шесть человек: мама, я, брат с женой и дяди. Наверное, это моё самое сильное воспоминание о семье.

Я из бедной семьи. Жили с мамой вдвоём (отец спился и умер в глубоком детстве, бабушки и дедушки все умерли) и помню как в конце 90-х разбили мою копилку, сложили все десятикопеечные монеты в столбик, чтобы было по рублю в каждой стопке, и брали оттуда на хлеб. К 1 сентября однажды даже денег не было на дневник. В 5 классе, случайно подслушав слезный разговор мамы с подругой об отсутствии денег, я поклялась, что выйду из этой нищеты. Сейчас мне 23 и мы с мужем заработали первый миллион.

В школе, класс 5-6, на каком-то уроке надо было рассказать про то, как происходит уборка в доме. Первым вызвался отвечать мальчик, он сказал, что они убираются только перед Новым годом. Конечно же, над ним все потом смеялись. А я сидела и молчала, потому что в моей семье тоже убирались раз в год или перед приходом гостей. И я не знала, что это ненормально, думала, что все так делают.

Моя жизнь напоминает мне Санта-Барбару. До 17 лет я жила с мамой и бабушкой в небольшом селе. Росла без отца, о чём мне неоднократно напоминали все, кому не лень. Мама отказывалась разглашать имя моего второго родителя до тех пор, пока мне не исполнится 18 лет. И вот настал долгожданный день рождения. Отпираться мама уже не могла. Оказалось, что мой батюшка — это директор школы, в которой я училась 11 лет, а мама работает уже 37-й год. Он присутствовал на всех важных событиях в моей жизни: видел, как я пошла в первый класс; как получила золотую медаль по окончании школы. У него есть своя семья с женой и детьми. Естественно, о моём очень даже близком родстве с ним знало всё село, кроме, собственно, меня.

Знакомая работала в поселке учителем. Вот взяла она 1 класс и видит, что все ученики в классе майские. Идет к директору и спрашивает, мол, почему все в мае родились. Оказывается, что в сентябре приезжали солдаты и картошку помогали копать. А так как в селе мужиков почти не было, то все женщины с радостью отдались им. И как раз через шесть лет все дружно пошли в школу.)

1 сентября. Утро. Мы с мамой идём на линейку. Во дворе рядом с лавочкой лежит мужчина лицом вниз. Мама, как и все, подумала, что он пьяный. Лежит и "отдыхает". Вечером на том месте лежало 2 красные гвоздики. И на том же месте видели заплаканную женщину. Это был её муж. Он умер от сердечного приступа. Он не был пьян. И никто к нему не подошёл. Прошло много лет. Всегда, когда вижу такого отдыхающего, подхожу с единственным вопросом: "Вам плохо или Вы отдыхаете? Скорая нужна?" 1 минута. 1 вопрос. И возможно, 1 спасённая жизнь.

Я живу в семье, где оценки в школе - самое важное. Меня и мою сестру всегда били и ругали за тройки, иногда четвёрки. Однажды, когда закончилось первое полугодие (мы с сестрой были в 8 классе), я закончила на четвёрки, а у сестры были две тройки. Её избили. У неё было сотрясение мозга и сломан нос. После больницы она ушла через окно. И всё из-за каких-то оценок в школе.

Я училась в школе-интернате, с возможностью проживания для тех, кто живет далеко. Но перед тем, как я пошла в первый класс, бабушка сказала мне: "Все, сдадим тебя в интернат". Ей это казалось шуткой. Я до сих пор помню, как плакала от осознания того, что не нужна собственной семье. И до сих пор не понимаю, как можно было сказать это семилетнему ребенку, вместо того, чтобы объяснить разницу между школой-интернатом и детским домом.

Дружили с первого класса. После школы я поступила в медучилище, а она в медвуз. Вместе начинали работать, сперва санитарками, потом медсестрами на одном отделении. Я была уже штатным сотрудником, а она продолжала учебу. Частенько прикрывала ее смены, когда она не успевала или надо было готовиться к экзаменам. После того, как она закончила интернатуру, сказала, что теперь мы "разные социальные слои", и она, как представитель интеллигенции, не может общаться с ПТУшницей... Вот так дружба и закончилась.