Питер. Московский проспект. Ливень....

На соседней улице находится Дом малютки. Гуляли с младшим сыном и решили зайти спросить, чем мы можем помочь. Вышла воспитатель и сказала, что если есть возможность приносить иногда памперсы. Хотя перед этим она долго выспрашивала кто я и зачем мне это надо. Раз в неделю я покупала упаковку и приносила. Одна знакомая как-то похвасталась, что у неё дома стоят целые упаковки подгузников. Выяснилось, её мама работает в этом ДМ и тырит подгузники, которые приносят сироткам жалостливые лохи.

Мой любовник, когда возбуждается, начинает пыхтеть как паровоз.. С одной стороны, меня это заводит, с другой стороны... Паровозик, который смог

Всё-таки, когда путешествуешь, стоит следить за своей речью. Ещё нигде я не слышала столько мата, как в Нью-Йорке. Многие русские ведь думают, что их во всём мире ни одна живая душа не понимает. Две женщины в метро громко обсуждали мою ужасную помаду; другая кричала подруге из примерочной, что здесь вещей хоть жопой жуй; третья обсуждала на улице, что она мастурбирует. Моя подруга недавно в лифте отеля сказала, что у неё всё утро был понос, а люди, вышедшие из лифта, сказали нам на прощание: "С Новым годом!"

В детстве была уверена, что в моем животе огромная кастрюля, куда попадает вся еда, и маленькие человечки-поварята, которые перемешивают там все. А если у меня что-то заболит, значит человечки устали. Была уверенна до 13 лет. Потом настал тот роковой урок биологии...

В 5 лет с другом играли на полуразрушенной стройке. Притащили свои сокровища - сундук с барахлом, что нашли в канаве. На улице стояла большая железная печь, мы в нее залезли и там разговаривали. Вдруг открывается дверь, какой то взрослый заглянул и с грохотом закрывает дверь на запор снаружи. Мы испугались, сначала тихо сидели, потом стали кричать, но нас никто не услышал. Пару часов друг плакал, что мы умрем от голода, а я в это время делал подкоп лезвием ботинка для хоккея. Вылезли оба.

Я с семьёй живу в Питере. Мои родители большие путешественники, а я вот очень люблю родной город. Люблю настолько, что как только покидаю пределы Петербурга, у меня начинается зверский неизлечимый запор. Сижу в Костроме с разодранной на британский флаг жопой и понимаю, что больше никогда от родных пенат не уеду....

Мне 36, женщина, и я почти 20 лет дружу с геями. И знаете что? Еще ни один из них меня никогда не подвел, не оставил в трудной ситуации. И мне абсолютно плевать, с кем они спят, потому что я это мои друзья и я приму их такими. Они научили меня вести себя с мужчинами достойно, научили стильно одеваться и держать марку в обществе. И никогда ничего не требовали взамен. Геи вовсе не страшные, поверьте. И куда более искренние многих

Недавно шла по своему городу ночью и увидела, как на улице лежит парень в своей рвоте. Все люди проходят мимо, даже внимания не обращают, хотя было видно, что это не бомж. Даже если бомж, в принципе, надо проверить, что жив человек. Я старалась его разбудить, не получилось, вызвала скорую, ждала приезда. Больше всего удивило, что всем проходящим абсолютно всё равно. А вдруг он бы умер… С парнем всё норм, скорая забрала.

Утро. Мой отец спокойно сидит и смотрит телевизор. Рядом спит мама с кошкой. Мама начинает что-то бормотать во сне, резко хватает кошку и с криком: "Виталик, лови!" — кидает её. Отец в шоке, кошка не менее, и лишь мама, абсолютная спокойная, продолжила сон. Как выяснилось позже, снилась ей рыбалка, а кидала она рыбу, которую поймала.

Всегда дожидаюсь темноты, чтобы почитать. Днём нет того волшебства, которое есть ночью. Хочется окунуться полностью в этот сладкий мир грёз и спокойствия, который манит своим очарованием. И весь этот мир приходит ко мне только вечером. Днём хочется веселится и зажигать, а ночью я ощущаю лёгкую усталость, но весьма приятную. Темень на улице помогает понять мне героев книг, авторов песен. Ночь - это моя романтика. Ночь - это моя маленькая меланхолия.