Я подрабатываю ремонтом компьютеров...

Есть умные коты, есть псы, а у меня был умный попугай. Обычный, волнистый с рынка. Попугай оказался очень умным и человеколюбивым. Младшая сестра играла с ним в догонялки на полу, он за ней бегал, а потом она за ним. Когда все ели, обязательно сидел со всеми на столе со своей тарелкой, где был сыр или огурец. Будил меня на работу только в будни в определенное время. Но потом я уехала в другую страну... Заскучал мой Кеша, перья драл, летать не хотел и умер от тоски за два месяца. Пишу и плачу.

Работал фельдшером на скорой. Приехал на вызов в загородный дом, находящийся в лесу, вокруг никого. Захожу в дом. А мне пушку к виску подставляют и говорят, либо ты спасаешь, либо сам уйдешь туда же. А передо мной труп лежит. Мне повезло. Я двухметровый амбал, занимался всю молодость борьбой. Заломал ему руку, убедил отпустить. После вызвал полицию. И вот теперь, когда моя жена говорит, что она хочет работать на скорой, отвечаю, что только через мой труп.

Лично знакома с тремя ветеринарами. У одного дома две собаки, два попугая, крыска и три кошки. У другой - пять собак одной породы. Ещё у одной четыре кошки и собака. Принесла своего кота в клинику рядом с домом на прививку и разговорилась с доктором. И она произносит: «У меня самой восемь кошек дома живет!» Кажется, это лучшее доказательство того, что люди действительно любят свою работу.

Мне достался попугай ара, с которым когда-то обращались плохо прежние хозяева. Я посчитал, что к рукам его уже не приучить, так что оставил жить в покое и не лез особо с ласками. В моей жизни сейчас полный помет, так что последний раз убирал его вольер, давясь слезами и шмыгая носом, пока мне на плече не приземлился он — ненавидящий людей попугай — и не сказал: «не плачь, хорошо?». Я не знаю, что он видел в своей прошлой жизни, но теперь у меня есть собственный психолог и прекрасный друг.

Мне было 18, жила одна, квартира от бабушки. Работала с 9 утра до 9 вечера, училась заочно, дома бывала редко. Посоветовали девушку, комнату сдать ей, моя мама и ее отец договаривались. Чистота, еда, оплата - идеально все. Прошёл год. Утром выхожу из комнаты, входная открыта, грязь с ботинок, ее комната открыта, лежит лицом в подушку и всё в крови. Полиция, звоню всем, шок, куча допросов, дом вверх дном, ее родные... Оказалось проституция на дому, и копии ключей у постоянных клиентов. Его нашли по ее "дневнику" с 78 партнерами, дали 12 лет.

У моих соседей по жизни ремонт. Они достали весь подъезд. Сверлят и гремят с утра до ночи. У всех бывает ремонт, но не 6 лет без перерыва. На днях их квартиру ограбили, спилили дверь в 2 часа дня и всё вынесли. Никто не отреагировал, решили, что грохот — это как всегда ремонт. Полиция очень удивлялась, что никто не слышал ничего подозрительного, а всё потому, что привыкли к шуму.

Моей маме 70 лет. Еще не старость, но уже и не зрелость. Полностью дееспособна. Следит за здоровьем, сил и энергии в ней порой больше, чем у меня. Но последнее время может по мелочам не убирать за собой. То со стола не протрет после еды, то тарелку после жирной еды просто водой ополоснет без мыла, то в туалете забудет смыть, то в ванной на туалетном столике оставит бумажку от прокладки ежедневной. Вижу это, злюсь и хочется в сердцах сказать: "Мам, ну сколько можно! Протирай, мой, смывай!" А потом понимаю, сколько она за нами (тремя детьми) мыла, убирала, стирала, гладила и т. д. И меня переполняет любовь и благодарность. Беру сама и молча протираю, мою, смываю. На всё ради неё готова.

Если к вам вдруг нагрянули гости, а у вас не убрано, то ,пока гостям двери не открыли, быстро поставьте ведро с тряпкой и намочите руки. И вот у вас уже на срач в доме, а уборка в самом разгаре.

Во времена, когда я ещё ходила пешком под стол, со слов мамы, когда она пыталась меня ругать, от волнения я начинала думать вслух. Вот учит мама меня уму разуму, а я глаза выпучу, и на полном серьёзе: "У-у-у злая мама, боюсь, боюсь". У мамы настрой как-то сразу и пропадал.

Лет в пять я твёрдо решила, что раз мама не разрешает мне не спать днём, то я ухожу. Взяла пакет, собрала все свои колготки и трусы и вышла из подъезда. Мама попрощалась со мной и закрыла дверь. Так как за дом мне уходить не разрешалось, я посидела на лавочке, заглянула за дом, где была оживленная дорога, и понеслась домой. Мама, конечно, пустила, сказав, что это у меня наследственное, потому что в моем возрасте папа неделю жил в картонной коробке на лестничной клетке.