Я в разводе. Недавно узнала версию ...

Так уж сложилось, что я гипотоник. Я падаю в обмороки везде, где можно и нельзя. Иногда часто, иногда не очень часто. И мне так приятно, что каждый раз, когда я падаю, люди не проходят мимо - они помогают мне прийти в сознание, вызывают скорую. Поднимают ноги, пытаются откачать. В Болгарии немцы мне даже массаж рук и головы сделали, капельницу поставили. После каждого обморока я верю, что человечество еще не совсем испортилось.

Мы живём в частном доме. У нас есть собака, среднеазиатская овчарка. Как-то раз мы уехали, оставив собаку охранять дом. По возвращении мы обнаружили на полу парнишку, загнанного в угол, а рядом с ним спокойно так сидела наша собачка. Она парнишку-то впустила, а вот уйти не дала. Так он и просидел целый день в углу в обнимку с сумкой. Вызвали полицию, его забрали. В конце он на нас подал заявление, что якобы у нас собака — неадекват, и ему, бедному, не дали уйти с награбленным.

Я встретила его, когда мне было 16. Ему 20. Он сломал меня, мой юношеский максимализм, строптивость, мои дурацкие представления об идеальном мужчине. Стал тем самым, кого я потом всегда вспоминала, когда звучала грустная музыка. Мы были вместе год, он учил меня, лепил. Но я сказала нет. Почувствовала, что остановилась в развитии, ничего не хотелось, потому что все мои мысли занимал только он. Я любила его уже тогда, но признать это было бы проявлением слабости. Да и какая серьезность в таком возрасте? Уже после расставания на протяжении двух лет мы продолжали видеться, проводить время. Все знали, что это не конец. А потом он сказал, что устал ждать. Встретил девушку, не такую, как я. Она смотрела ему в рот, хлопая ресничками. Я воспринимала ее как данность, ну, есть и есть. В глубине души я знала, что мы предназначены друг-другу, просто не то время. А потом она забеременела. И он, как порядочный человек, женился. И тут я поняла, что это конец. Он продолжал твердить, что любит меня одну, плакал в трубку во время ночных звонков. После их свадьбы я замкнулась, попала в больницу с нервным истощением. Через полгода после рождения самого красивого мальчика на свете он появился на моем пороге. Сказал, что не может больше терпеть этот фарс. Подал на развод. Его жена не унималась, обрывала телефоны, пыталась свести счеты с жизнью. Мы стали ругаться, он просил не обращать на нее внимания. Она присылала фотографии с вечно плачущим малышом, с кроваткой, которая стояла на балконе в январе, или с коляской посреди проезжей части. Я отпустила, и он вернулся в семью. Почти сразу она снова забеременела. Родилась чудесная девочка. Все это время я жила как в тумане. Сейчас оглядываюсь назад и не узнаю себя. Стала тенью. Он порывался вернуться ко мне, во второй раз подав на развод. Уж не знаю, на какие ухищрения пошла жена, но в день финального похода в ЗАГС за расторжением брака она появилась со справкой о новой беременности. Мне уже ничего не хотелось, я миллион раз пожалела о том, что вообще встретила его на своем пути когда-то. И решила вычеркнуть его из своей жизни, стереть память, надо было учиться жить по-новому. выбросив на помойку восемь лет своей жизни - самые лучшие годы. Его жена периодически продолжала слать мне фотографии их "семейного счастья", с издевкой интересовалась, что приготовить на романтический ужин и какие чулки для утех ей прикупить, хотя я знала, что они спят в разных комнатах. Почти два года затишья... У меня начала налаживаться жизнь, я перестала считать себя ущербной и несчастной. И как-то среди ночи раздается звонок. Всхлипы, с трудом распознаваемая речь, просьбы приехать. Он сидел в морге, белый, с трясущимися руками. Его жена разбилась в автомобильной аварии, не справившись с управлением, в годовщину их свадьбы. Ее руку, вывернутую наружу, торчавшую из-под черного мешка на каталке, я запомню на всю жизнь. Сейчас прошло три года. У меня трое детей, которые зовут меня мамой, любимый мужчина, на подходе наш общий ребенок. И память о женщине, судьбу которой я, сама того не желая, поломала. Иногда она снится мне, синяя, говорит, чтобы я заботилась о ее детях и о муже, чтобы была добра к ее родителям. Очень надеюсь, что она простила меня где-то там. Очень надеюсь.

Купила зимой красивую светлую шубу из искусственного меха, но очень качественную - пока не потрогаешь не поймешь, что не натуральная. Надела первый раз на работу и тут из-за угла выбегает малолетняя писюха и выливает на меня красную краску с криком "Убийца! !!". Я очень громко возмутилась, девчонку поймал проходящий мимо мужчина, мы вызвали полицию. Заявление я так и не написала, сошлись с её родителями на денежной компенсации + исправительные работы для преступницы - уборка снега в моем частном доме.

Когда мне было четыре года, мы поехали в деревню. Я была очень активная, и было сложно за мной уследить. Бегать по деревне и приходить с гвоздями в плече или ноге — это было нормой. Но однажды мы с папой пошли по землянику, леса там неспокойные, поэтому всегда с собой ружьё. Папа поседел в 31 год, потому что я увидела медвежонка и начала к нему приставать. И я поседела в четыре года, потому что увидела его маму-медведицу, которая была готова разорвать меня. Пришлось застрелить.

Скачал как-то мой отчим на новёхонький телефон приложение, где можно установить таймер, после которого выскочит ужасная рожа с диким звуком. И решил прикольнуться над маленькой сестрой. Как итог этой "гениальной" затеи: орущий в истерике ребёнок и разбитое стекло в новой двери, потому что сестра запульнула в неё телефон; хромой кот с повреждённой лапой, потому что телефон отлетел в него; отлетевший стеклянный осколок в лицо отчима; моя разодранная босая нога, ибо кот, спасаясь бегством, принял мою ногу за пол; мама в истерике, хватающийся за сердце дед, прибежавший из другой комнаты, и разбитый телефон.

Мы были с семьей в ресторане. И мне ну таааак понравился официант. Вместе со счетом оставила на салфетке свой номер телефона, свое имя - Саша - и нарисовала сердечко. Думаю, если понравилась - позвонит. Позвонил. Моему отцу Александру, так как я перепутала и на автомате написала папин номер. Я бы все отдала, чтобы увидеть лицо официанта в тот момент!

Пару лет назад ехала в автобусе домой после работы. Был час пик и ехать нужно было стоя минут 40-45. Уже недалеко от своей остановки чувствую, что становится плохо — в ушах глушит, в глазах темнеет. Не успела даже понять, как упала в обморок. Помню только момент, как мужчина меня держит и усаживает на своё место, а женщина рядом начинает успокаивать и плакать. Я тогда за неё перепугалась больше, чем за себя. На мой вопрос: «У Вас что-то случилось?» — ответила, что ей очень тяжело, когда с людьми случается что-то плохое, и чтобы я берегла себя. Всю оставшуюся поездку уже я ее успокаивала, но этот случай отложился в голове на всю жизнь — хорошие люди, несомненно, есть.

У нас в школе преподавали два очень весёлых учителя. Два Григория Ивановича. Мы тогда еще не знали их фамилий. И вот однажды у нас проходило развлекательное мероприятие. Двух этих учителей поставили ведущими. Мы сидели внизу, готовились. Вдруг видим, бежит Григорий Иванович за Григорием Ивановичем и кричит: "Заяц, отдай микрофон!". Мы не поняли тогда прикола, но узнав фамилии учителей... долго смеялись. Убегающий - Зайцев, догоняющий - Волков.

Когда мы с братом были мелкими, наш папа работал в милиции. На обед приходил домой, а мы-то по папе скучали и хотели с ним поиграть. И играли в преступников: он нас ловил и сажал в тюрьму. Ну а точнее — перепутывал наши руки-ноги, защелкивал в наручники и цеплял к батарее на все время его обеда. И каждый раз мы велись. Чертов гений.