Дедушка работал машинистом метро, и...

В детстве ездила в лагерь и очень сильно заболела там. Состояние "лапы ломит, хвост отваливается". Соседки по комнате отдали мне свои одеяла и даже закрыли балкон, чтобы я не мерзла. Бегали к вожатой и просили заварить чай. Уже прошло много лет, но я до сих пор вспоминаю с теплом этот случай. Это была очень искренняя забота, больше от мало знакомых людей я такой доброты не встречала.

Работал фельдшером на скорой. Приехал на вызов в загородный дом, находящийся в лесу, вокруг никого. Захожу в дом. А мне пушку к виску подставляют и говорят, либо ты спасаешь, либо сам уйдешь туда же. А передо мной труп лежит. Мне повезло. Я двухметровый амбал, занимался всю молодость борьбой. Заломал ему руку, убедил отпустить. После вызвал полицию. И вот теперь, когда моя жена говорит, что она хочет работать на скорой, отвечаю, что только через мой труп.

Моя тетя в молодости работала в психбольнице. Естественно, для неё тогда люди с бзиком были вполне себе нормальными. Но вот привезли к ним мужичка: ухоженный, опрятный, вежливый, всегда со всеми здоровался. И тетя всё задавалась вопросом, зачем его сюда привезли. Пошла она мыть полы в мужской туалет и видит картину: сидит этот мужичок и поедает свои "какахи". Моя тетя от шока молча смотрит на эту картину, а мужичок, увидев тетю, выдаёт: "Мое говно, хочу - ем!". Больше она там не работала.

Однажды в студенчестве ехала я плацкартом Санкт-Петербург — Мурманск. Познакомилась с попутчиком. Видный мужчина, начитанный, красиво говорит, воспитан. Болтали мы всю дорогу обо всём. Глаза горели. Делились самым сокровенным. Ему выходить, а мне дальше ехать. И пауза. Я смотрю в его глаза и понимаю, что банальное "дай телефон" испортит всю магию момента. Он как мысли прочитал. Не взял номер. Мы тепло попрощались, он ушёл и смотрел с улицы на меня, пока поезд не тронулся. Я уже забыла и имя, и образ мужчины стирается, но магия момента до сих пор жива в памяти.

Когда была маленькой, учила стихи наизусть. За это мне бабушка всегда давала много конфет. Т. к. кроме неё эти стихи никто у мня не спрашивал, я решила их рассказывать при любом удобном случае. Так вот ехали мы как-то в автобусе, там все сидели грустные и уставшие. даже музыка не играла. Ну я и начала рассказывать стихи. Громко, чтоб всем слышно было. Все сразу улыбаться начали, смотреть на меня. А бабушка чуть со стыда не сгорела. На уговоры прекратить я не соглашалась. Ей пришлось выйти со мной на две остановки раньше. Когда мы уходили, все пассажиры дружно хлопали в ладоши.

Как-то раз приехала ко мне в деревню моя двоюродная сестра - любитель выпендриться, и во время прогулки деревенские дети её обматерили как следует, закидали грушами, и напоследок козьим говном запулили в макушку, в общем, сбили всю спесь) Не знаю, есть ли связь, но сейчас она стала попроще и с ней даже как-то приятнее стало общаться..)

В студенческие годы собираюсь на встречу с подругой. Нарядилась, вся такая красивая, спешу на остановку, замечаю, люди на меня косо смотрят, а кто-то даже смеётся. Дошла до остановки, стою, маршрутку жду, смешки продолжаются. Я думаю, надо валить на другую остановку. За мной мужик привязался и что-то шепчет мне. Я ему: "Отвали", - он все равно за мной идёт и шепчет. Я опять его отшиваю, и тут он уже громко: "Девушка, у вас зад видно!" Оказывается, я в спешке юбку в колготки заправила.

Пьяный начальник на корпоративе прилюдно подкалывал, что у меня нет девушки. Не буду же ему говорить, что сплю с его дочерью.

Ехали с мужем и нашими двумя детьми (8 лет и 2 года) из Питера к его родителям, они живут в деревне под Архангельском. Вышли с поезда в Архангельске, сели на лавочку, и он говорит: "Сейчас приду" — и уходит с телефоном моим (он у него лежал) и всеми деньгами. Ушел и больше не вернулся. Я без связи, без копейки денег, с двумя детьми осталась в чужом городе. Дети плачут, устали, есть хотят. Денег нет, знакомых тоже. Помогли нам в полиции, смогла позвонить маме, она сделала перевод на карту полицейского. Добрались домой.

Мне было 16, на учёбу ездила в электричке. Так уж случалось, что частенько я теряла сознание в вагоне. В первый раз меня подняли ребята лет 20-22, довели до дома, во второй-третий-четвертый-пятый... разы меня доводили до дома сотрудники полиции. Конечно, потом я прошла обследование, назначили курс лечения, но никогда не забуду, когда полиция делала обход по вагонам, узнавая меня, спрашивала: "Как себя чувствуешь? Тебя проводить?" Я безмерно благодарна сотрудникам полиции и тем ребятам, которые вышли не на своей станции, отдали меня лично в руки родителям, а ведь им было далеко ехать. Очень хочу, чтобы у них в жизни всё было хорошо!