Мой отец умер от СПИДа. Я узнала то...

Есть у меня один друг детства, по совместительству лучший друг моего брата. Всю свою сознательную жизнь думала, что они — на всю голову отбитые чуваки. Когда они окончили девятый класс в своем родном городе, то свалили учиться в Москву и остались там жить. Видеться мы стали намного реже, только в Новый год и день рождения, но зато могли говорить по телефону целыми днями. Я никогда особо не задумывалась над тем, насколько им дорога, иногда обижалась на дружеские подколки и язвила в ответ, но когда меня положили в больницу с острым осложнением гастрита, они примчались из Москвы первым же самолетом и не отлипали от меня все последующие дни до выписки. Те два клоуна, которыми они были для меня всю жизнь, скандалили с медсестрами, привозили мне вещи и книги из дома, почти не оставляли меня одну и реально волновались. Пока я лежала в больнице, то вспомнила очень многие мелочи, которым раньше не придавала значения: ежедневное "соберись, тряпка" в телефонном разговоре перед экзаменами, короткие объятия в качестве поддержки, когда получала двойку в начальной школе, убеждения в том, что я еще обязательно найду работу, которая будет нравиться мне и которой буду нравиться я, "ей-богу, чего ты разнылась, не разводи нюни". Я дам в челюсть каждому, кто скажет, что дружбы парнями и девушками не существует.

Помню, папа пришёл домой весь в крови. И на кровавом лице — голубые глаза, полные боли. И улыбался: «Доча, иди в комнату, все хорошо». Потом больница, сшитые челюсти, пластины в костях, питание через трубочку на протяжении полугода. Лицо собирали по малюсеньким кусочкам. Заказное нападение: четыре человека с ножами, а он отбился и выжил ради нас. Плачу, представляя, как ему было больно, как он думал о нас, как он дошёл, шатаясь, а ведь мог и остаться лежать в луже крови, и никто бы ему не помог.

Я готовилась к этому моменту с самого рождения моей дочери. Перебирала в голове что и как буду делать, морально готовилась т. к. саддины, ушибы неизбежны. И когда сегодня моя 11-месячная дочь упала и разбила губу, я просто упала в обморок от вида крови и раны. Спасибо мужу, все обработал и ребёнка успокоил!

Знакомые играли свадьбу. На торжество пришли их друзья с "практически выздоровевшим от ветрянки" ребенком. Выгонять им было их очень неудобно, поэтому ребенку и родителям разрешили остаться. На этой свадьбе ветрянкой заболел отец невесты и вскоре умер. После этой истории я все чаще натыкаюсь на детей в зелёных пятнах в общественном транспорте, видимо, раньше их не замечала. Жутко, подумываю сделать прививку.

Моя бабушка любит поговорить о свих похоронах. Она резко отвергает идею кремации, настаивает на могилке на кладбище, куда мы должны приходить и её вспоминать. А я не могу это никак принять: очень люблю её, но понимаю, что на кладбище ходить не буду. Не моё это. Я бы сделала маленькую урночку, хоть своими руками, для щепотки её праха. И хранила бы на полке, грустила бы, глядя на неё. А лучше всего хранила бы её в памяти живой и веселой, как дедушку, фотография которого висит над моим рабочим столом. Так и спорим с ней, как лучше.

Мечтаю быть барменом, в связи с этим пытался придумать свой алкогольный коктейль. Придумал, но к концу процесса был ужрат в говно, ибо отходы производства выливать было жалко. Рецепт благополучно забыт и утерян.

Поехали однажды с отцом на границу с Беларусью, где-то там была деревня, где он вырос. Заодно решили на берегу речки сделать шашлыки — рядом лес, место тихое, красота. И пришлось мне после нашего обеда отлучиться по малой нужде. За машиной не спрячешься — на берегу другие люди, пошла в лес. Иду и думаю, хоть бы голой задницей в крапиву не сесть, хоть бы не сесть. Сняла штаны, присела. И слышу сзади похрюкивание. Господи, все дела сделала за секунду и неслась, не оборачиваясь!

Мать бросила отца, когда мне было семь лет. Оставила меня с ним и уехала в Турцию. Не звонила даже на День рождения. Приехала через семь лет, пьяная в хлам с ребенком. Умоляла отца принять ее и усыновить ребенка. Отец ее, само собой, послал. Потом у нее поехала крыша, она пыталась подать на отца алименты, чтоб он платил ей за того ребенка. Угрожала повеситься. Все детство, глядя на матерей с детьми, не понимал, что не так с моей мамой. И уже не пойму этого.

Меня называют Олей, а моего отца - Колей. Надо было видеть глаза моего жениха, когда мы пришли подавать заявление в ЗАГС, и он узнал, что меня зовут Олимпия Аскольдовна

Обожаю ожидание. Ожидание праздника, дня рождения, интересной поездки, выходных в конце концов! Само событие может пройти не так хорошо, но предвкушение этого всегда прекрасно.