Вот ты живешь, радуешься жизни , не...

Живу в пригородном коттеджном поселке. Как же меня бесит, когда новый знакомый, узнав где я живу, начинает задавать 100000 тупых вопросов. А сколько этажей? А камин есть? А баня есть? А сауна? А загон с лошадьми? А жилище птеродактелей? И бл*ть ни одного вопроса обо мне! То есть похер на мое образование, вероисповедание и место работы, но дом очень важен. Как будто после знакомства я жить к себе позову!

В семье было не принято показывать свои чувства, поэтому ребенком росла очень тихим и холодным. Играли как-то на желание с друзьями, я проиграла. Желание — пойти обнять родную бабушку и сказать, что очень ее люблю. Была настолько напугана мыслью об этом, что соврала, мол, всё сделала (никто не следил). До сих пор не научилась высказывать чувства ни родным, ни близким. Хотя очень хочется сказать, как люблю их. Особенно тем, кого уже рядом нет.

В сауну вызывают наряд полиции. Приезжаем, скорая уже там. В бассейне плавает тело. Мужик не выдержал нагрузки, и сердце остановилось. Хозяева сауны были озабочены только одним: "Вытаскивайте и увозите быстрее труп! У нас следующий сеанс через 20 минут!"

Любила мужа до безумия. Если задержался на работе, верила, что именно там; если с друзьями пиво пьёт, значит, именно с друзьями. Просто не было повода ему не верить. До тех пор, пока однажды ночью с корпоратива под утро, будучи в дрова пьяный, он не привёл свою секретаршу к нам домой. Он просто забыл, что именно в этот день я от мамы приехала. Таких испуганных глаз я не видела никогда)) Смех сквозь слёзы. Ушла от него.

Второй класс, летний лагерь, экскурсия, мы идём парами друг за другом. Я случайно зацепила пятку девочки, идущей впереди меня, и запачкала её носок. Сразу извинилась не один раз. Как эта козявка только меня не обзывала! Требовала — делай, что хочешь, а чтобы пятна не было. Не пускала меня в общую игру, унижала при всех. Довела до слёз, а потом до злости. Я вырезала пятно ножницами, отдала ей носок и пошла играть. Под её вопли.

В детстве очень часто ездила в загородные лагеря. И вот однажды в одном из лагерей у нас был мальчик, сын нашей воспитательницы (четыре года). Мы очень удивились, когда услышали, что он называет её Елена Николаевна. Когда мы спросили, почему он не называет её мамой, он выдал ответ, который до сих пор вызывает у меня чувство гордости за этого мальчишку: "Потому что остальные дети будут скучать по маме".

Я молодая девушка, мне всего 19. Моё лицо уже десять лет украшают шрамы от ожогов, которые я почти люблю. Я ими горжусь. Мои родители пили и курили в доме. Отец заснул с сигаретой, и случился пожар. Я вынесла за раз двух младших братьев и ещё трижды возвращалась в горящий дом, спасая остальных. Даже бабушку-инвалида вытащила. Всех, кроме родителей. Пусть я сейчас и уродлива, но моя совесть чиста.

Работаю на довольно крупном предприятии. Большинство коллег - простые работяги мужчины. Около полугода назад меня на остановке сбил пьяный хер на девятке. Итог - переломано все, что можно, серьезные повреждения внутренних органов, 15 дней без сознания, между жизнью и смертью. Вопрос нехватки крови для переливания стоял катастрофически остро. На работе быстро узнали о моей беде и... эти самые работяги, после тяжелых ночных смен, дружными толпами несколько дней тянулись в пункт сдачи крови. Не забывая уточнить, что кровь сдают "для нашей Дашеньки". Недавно я наконец вышла с больничного. С трудом сдерживаю слезы, в горле ком, когда вижу добрые улыбки своих сердечных мужичков. Это они меня спасли, это их частичка во мне. Это невероятное чувство близости с казалось бы чужими людьми.

Первая любовь настигла меня в лагере. Было нам лет 12 обоим. Увидела его и с первого взгляда. Оказалось взаимно. Любовь у нас была просто бешеной. Тогда не было ни интернета, ни сотовых, обещали переписываться письмами. Приехав из лагеря ужасно скучала, место себе найти не могла. Этим же летом он нашёл меня в огромном городе. Была безумно счастлива. Все спрашивала как он меня нашёл, говорит сердце подсказало. Мне уже 48. Счастлива в браке.

Лежала в больнице в двухместной палате. Я с годовалым сыном и семилетний мальчик. С виду обычный. Первый день проявлял интерес к новым постояльцам. Активно помогал с малышом. Во второй день стал шуметь, залазить на подоконник, говорить матные слова. Но, что больше всего меня удивило, когда я предупредила, что за маты бью по губам и побила, он смеялся. И по попе била он смеялся. Я поняла, что ему не хватает внимания. Мама к нему приходила. Быдловатая женщина в спортивном костюме. Она приносила ребенку чистую одежду, соки, и прочее. Мне показалось, что ее забота наиграна, но я решила, что какая-никакая но она мать. И это не мое дело. За день до выписки, мальчик сказал, что не хочет выздоравливать, а хочет болеть вместе с нами. Оказалось, что после больницы он возвращается в приют. Мама навещает его по заявлению. Решается вопрос о лишении родительских прав, потому что мать два раза ткнула в отца ножом. Не смертельно, но на ноге у папы шрамы... К слову, ребенок смышленый. Читала ему сказки, досчитали вдвоем до 129, я подсказывала. Мы жили вместе 6 дней, и к пятому дню он сознательно помогал, не потому что я взрослая, а потому что мы были на равных. Он подавал мне памперсы а я подавала ему книжки и телефон, он ставил тарелки на стол, а я уносила их. Мы стали одной командой. Я даже скачала для него песню, с его слов "Стаса Михайловича - мы падаем на землю вместе мы" и слушали ее, хоть я терпеть не могу шансон. Но стоило увидеть как он улыбается и подпевает, и мне уже было все равно. Эта была история про то, что можно дарить любовь и внимание даже чужим детям, чтобы их хмурый мир стал чуть светлее.