Встречалась с невероятным парнем. П...

Было мне лет 25. Новый год. Вся такая красивая- чулки, причёска, каблуки, вечернее платье и с новеньким фотоаппаратом наперевес - отправилась я значит на корпоратив. Дальше провал в памяти и утро. Открываю глаза на слова мамы "я не буду тебя ругать, ответь мне только на три вопроса: где фотоаппарат, почему ты была мокрой и без чулок и почему у тебя в руках был пакет с щебнем" Загадка кстати до сих пор не разгадана:) Мама до сих пор думает рыбу ловила:)

В детстве мы с младшей сестрой думали, что у нас две мамы. Одна мама добрая, ласковая, печёт сладости и целует в щёчку перед сном. Вторая — злая, противная, от неё плохо пахнет, и, если она не ругается матом, значит, спит. Потом мы подросли, и всё встало на свои места. Мама-то одна, а вот запоев много.

Я би. Муж знает о моих предпочтениях, разрешает встречаться с девушками. Как-то увлеклась я одной барышней, сообразили на троих. А эта дама так потом втёрлась в доверие, что чуть мужа не увела! Теперь для себя уяснила точно: 1) Женской дружбы нет. 2) Постель — место исключительно для двоих.

У моей жены раздвоение личности. Когда она уходит из дома, на пороге появляется некая Рокси – распутная до безобразия, в чулках и прокуренным голосом требующая предоплаты за час вперёд. Доиграв до конца роль прожжённой куртизанки, она молча уходит. Я, как клиент, безусловно удовлетворён, но всё-таки жену люблю больше))

Я девушка и у меня есть две квартиры, доставшиеся по наследству от мамы, одна в самом центре Москвы, другая чуть подальше. Когда со мной пытается познакомиться какой-нибудь парень или мужчина, то на вопрос-"С кем и где живешь"? Я выдаю свою любимую легенду, что живу в общежитии, папа дворник, а мама домохозяйка, а я работаю где придется. И знаете, ни один не выдержал. Все эти парни/мужчины испаряются моментально. А я так всегда говорю потому, что хочу проверить человека, да и просто знаю, что все они хотят сесть на чужую шею и чтобы было чем поживиться. А еще говорят, мол, девушки меркантильные.

Родственники живут через дорогу, поэтому регулярно напрашиваются в гости по праздникам и просто так. Объяснить, что почти каждый день встречаться и готовить на 5 человек нам не хочется, никак не получается! Недавно был раздник, и мы с мужем придумали хитрость: позвонили им рано, сказали, что придём к ним через час "на чай". Перед выходом из дома позвонили. Нам ответили, что уже в машине и уезжают на целый день.

Мне было 6 лет, когда я сломала ногу. Однажды брат с отцом решили приколоться: нарисовали у меня на лице фломастерами (! ) фингал, кровь и всё в таком духе. Ржали долго, а потом в какой-то момент я заплакала, и домой приходит мама и видит такую картину: я сижу в кресле с гипсом в истерике, у меня всё лицо избито, а отец с братом сидят напротив меня и ржут. Видимо, "грим" получился очень правдоподобным, потому что мама чуть не убила их.

Мой парень - суровый мужчина ростом 2 метра. Но когда врач назначил ему уколы, я в течение 10 дней каждый вечер сидела на кровати над его голой жопой по 2-3 часа, чтобы поставить ему укол. Каждый раз он говорил: "Все я готов, давай! Аааа нет, стой, неееет! Ну пожалуйста, может не надо?"

Мой парень помешан на всяких гламурных и разодетых девицах и всегда требует, чтобы я одевалась так же. Независимо от ситуации. Денег при этом не даёт и закатывает скандалы, если я одеваюсь "по-простому". Апогеем стала ситуация, когда он отказался идти со мной в ТЦ, так как в -10 я должна была надеть тонкие колготки и туфли на высоком каблуке.

У меня была однокурсница с сильным пороком сердца. Худая, бледная, не особо красивая. На занятия её водила мама и забирала. Будучи людьми взрослыми, никто над ней не смеялся, а наоборот жалели и оберегали. Предлагали донести сумку, проводить, подкармливали... Я считала это лицемерием и общалась с ней так же как с другими: ни разу не предложила помощь, звала с собой выйти покурить, пила при ней пиво, материлась и рассказывала о своих тусовках. Могла психануть на неё и послать на х, занимала деньги и возвращала через год. Вообще все меня считали бесчувственный сволочью по отношению к этой девушке. А она не общалась ни с кем кроме меня, потому что с её слов: только я считала её полноценным человеком, а все остальные своей жалостью вечно напоминали, что она инвалид и в чем-то ограничена.