Живу на два города. Раньше мечтала ...

Помню однажды в школе повар в столовой напился в стельку и нам вместо того, чтобы продавать еду, раздавал ее бесплатно. Никогда не забуду: "Девчонки, берите, котлетки зае**тельские!" Вся столовая ржала от души:) К слову, доброго повара, не уволили, говорят, продолжает и по сей день радовать кулинарными шедеврами)

Иногда подрабатываю официанткой на банкетах. Вчера обслуживали военнослужащих высших чинов. С утра и до глубокой ночи бегали и обслуживали их: завтрак, кофе-брейк, обед и банкет. Ноги очень болели, а бегать приходилось по разным этажам. Но в конце банкета они сделали невероятное: собрали всех официантов(девушки) и сказали простые слова благодарности, подарили цветы, спели песню и пригласили на танец... это того стоило. Ты забываешь о своей усталости, настроение вышка. Настоящие мужчины.

Помню, в начальной школе справляли 8 марта с родителями, и был конкурс для детей: одним прилагательным сделать комплимент своей маме. Тот, кто не надумает, вылетает, выигравшему - приз. После того как все слова по силе детскому уму использовались, я, ненамеренная проигрывать, выразительно выдала: "Моя мама миллионерша". Жили мы тогда вчетвером в коммуналке.

Когда я была маленькой, жила с бабушкой, и каждое утро, ровно в 7, к нам приходила молочница с 3 литрами молока. Я лет до 12 откровенно не понимала, почему все эти люди в рекламе так не любят, когда приходит молочница?! Она несёт радость, молоко же вкусненькое!

Я родом из маленького города, где живёт около десяти тысяч человек. После школы сразу уехала в другую страну. И я не могу слушать песню "Городок", потому что с первых аккордов у меня сразу наворачиваются слёзы, а к концу я уже реву из-за ностальгии по родному городу и детству!

Я свадебный фотограф. Фотографировала молодожёнов около красивого собора. Они захотели поставить свечу и пофотографироваться внутри. Заходим, бабульки церковные сразу напряглись и начали бухтеть... "Грешно тут фотографировать, не по-божески" и тому подобное. Молодожёны пожали плечами: грешно — так грешно, значит, не будем. Мы уже направились к выходу, когда в спину прилетели слова батюшки: "Если дадите пятьсот рублей на нужды собора, то фотографироваться это не грех, а благое дело!"

В семье было не принято показывать свои чувства, поэтому ребенком росла очень тихим и холодным. Играли как-то на желание с друзьями, я проиграла. Желание — пойти обнять родную бабушку и сказать, что очень ее люблю. Была настолько напугана мыслью об этом, что соврала, мол, всё сделала (никто не следил). До сих пор не научилась высказывать чувства ни родным, ни близким. Хотя очень хочется сказать, как люблю их. Особенно тем, кого уже рядом нет.

У кого какие воспоминания о школьных годах, а у меня вот самое яркое - это когда я классе в седьмом проломила стенку в школьной спортивной раздевалке... Собой. В буквальном смысле. И как же хохотал мой отец, когда краснющая я пыталась внятно объяснить, почему именно его вызывают в школу, какую дыру ему предстоит заделывать и как я умудрилась проломить стенку. А я всего-то с разбегу хотела от неё оттолкнуться, чтобы достать до потолка.

Самый нежный комплимент получила в 17 лет от мамы. У нас был мой полугодовалый племянник, спал со мной на кровати. Сплю и сквозь сон слышу, как открывается дверь, секундная пауза и мамин умилительный шепот: "Ой, Боже мой!" — и уходит за фотоаппаратом. Оказывается, малыш ночью переполз на мою сторону, шлёпнулся мне на пузо, а я обняла и держала, чтобы не упал с кровати. И всё это происходило, не просыпаясь. Теперь есть милое фото в семейном архиве и слова: "Думаю, ты будешь прекрасной мамой".

Была я в школе тихой и незаметной. И был у нас третьегодник, гроза всего района.И вот как то на перемене столкнулась я с ним в дверях, вальяжно идущим с руками в кармане. Берет он меня за подбородок и по-барски снисходительно выдает "Спокойно, Маша. Я Дубровский". И тут во мне будто что-то взорвалось, видимо женщина проснулась. Залепила я ему звонкую оплеуху со словами "Поздно, Дубровский. Я замужем". Секунда тишины, его растерянное лицо.И тут весь класс заулюлюкал и зааплодировал. Больше не рисковал