Ночевала в деревне, просыпаюсь, а в...

Когда я был маленьким, жил в деревне. На всю большую деревню тогда был известен огромный белый кот. Никого не боялся, был до жути наглый, без проблем забирался в любые дворы; доходило до того, что мог запрыгнуть в форточку к людям на кухню и украсть со стола кусок колбасы, пока хозяева были в соседней комнате. Вся деревня (или почти вся) знала его и звала Колчаком за наглость. И только наша семья знала, что на самом деле этого обормота зовут Тихон, и он был НАШ.

В детстве любила быть готовой ко всему, после очередной ссадины я стала носить с собой железную коробочку со всем необходимым: зеленка, йод, пластырь, вата, бинт, ножнички, анальгин, иголочка (от заноз). У мамы были обмороки от моих ран, поэтому я все скрывала. Не помню, как долго я это все носила, но пользовалась всем этим регулярно, так как вечно раздирала себе все тело. После очередного лета коробочка пропала из виду, видимо, мама просекла, куда пропадает все необходимое из аптечки. Мне было восемь лет.

В детстве мы с младшей сестрой думали, что у нас две мамы. Одна мама добрая, ласковая, печёт сладости и целует в щёчку перед сном. Вторая — злая, противная, от неё плохо пахнет, и, если она не ругается матом, значит, спит. Потом мы подросли, и всё встало на свои места. Мама-то одна, а вот запоев много.

Знакомую девушку бросил молодой человек, аргументируя тем, что больше ничего к ней не чувствует. Она жутко переживала. Спустя пару недель приехала ко мне и, выходя из подъезда, встретили его. Он прошел мимо, кинув только неприязненный взгляд. Пройдя метров десять, она упала в обморок. В панике вызвала скорую, врачи констатировали моментальную смерть от разрыва сердца.

Мне было восемь лет, когда я впервые упала в обморок. Помню всё как в замедленной съёмке: в глазах стремительно темнеет, в ушах звенит, и вот я уже в истерике, кричу, пытаясь услышать себя, широко раскрываю глаза, чтобы хоть что-то увидеть, бьюсь кулаками о стену, чтобы хоть что-то почувствовать... Через мгновение я прихожу в себя от ледяной воды, которой поливала меня мама. Оказалось, всё это время она пыталась привести меня в чувство. До сих пор страшно вспоминать тот момент "разъединения" с телом.

Никогда раньше не испытывала нежных чувств к собакам. Дома была кошка, у подруг только маленькие псинки, которые больше на игрушку похожи, чем на животных. Познакомилась с парнем, а у него овчарка. Такого замечательного друга у меня никогда не было. Мы с парнем уже поженились и когда он уехал в командировку, я забрала её себе. Каждый день бежала домой, чтобы погулять и поиграть с ней. Она меня встречала, так радостно, как никто.

Знакомая однажды дико забоялась, что если с ней что-то случится (пожар, наводнение, нападение, авария), ее тело будет сложно опознать. Потому она на всех частях тела набила по маленькой своей подписи (по одной на ногах, руках, шее, спине и т. д.), и всем кому только можно показала свою заурядную подпись, дабы ее части тела не спутали с чьими-либо.

В детстве каждое лето проводила в деревне. Лет в 10 мы стащили у деда подруги майку и сшили из неё себе стринги и лифчик. Были так счастливы, что ходили так по деревне весь день. Потом дед нас гонял по лугу.

С подругой выросли в деревне. Одним из любимых занятий было устраивать большие концерты с составленным сценарием и с песнями. Нашими зрителями всегда были 20 соседских гусей. Ненуачо. Слушали, между прочим, всегда до конца. Внимательно и с интересом.