Романтический вечер с любимой женой...

На работе клеилась замужняя дамочка, после очередного домогания прямо сказал НЕТ. При этом я счастливо женат. Она в начальниках, стала угрожать увольнением. Работа очень высокооплачиваемая, поговорил с женой. В итоге зазвал мадам домой с целью повеселиться и, когда она прискакала, мы с женой ее раздели догола, засняли видос и вытурили в таком виде за дверь. На работе отдал вещички... Теперь у неё язык в жопе, ходит ниже травы, тише воды, мразина.

В детстве попала в аварию. Одна нога меньше и на три сантиметра короче. Юбки никогда не носила, ниже пояса вся в шрамах. И когда в этом году решила пойти на флэшмоб Зомби, ПЕРВЫЙ раз надела юбку. Вот это был грим, самый правдоподобный! Все люди оборачивались! Хоть раз в жизни мне моя инвалидность пригодилась.

В египте перевернулась на квадрике, упала с верблюда, незабываемый отпуск с бинтами на руках и ногах. В домодедово сели, ночь 4 утра. Пока шли до машины, таксист спрашивает - эээй, дорогой, чтё с тобой случилось, ты откуда такая красивый???)) Я рассказала. К машине подошли, он багажник открывает, чемоданы кладёт и говорит - не переживай, красавица, твои приключения закончились. И в этот момент я резко поворачиваюсь, а таксист закрывает багажник и .. я со всей дури получаю в лоб дверью багажника. Накаут...

Скачал как-то мой отчим на новёхонький телефон приложение, где можно установить таймер, после которого выскочит ужасная рожа с диким звуком. И решил прикольнуться над маленькой сестрой. Как итог этой "гениальной" затеи: орущий в истерике ребёнок и разбитое стекло в новой двери, потому что сестра запульнула в неё телефон; хромой кот с повреждённой лапой, потому что телефон отлетел в него; отлетевший стеклянный осколок в лицо отчима; моя разодранная босая нога, ибо кот, спасаясь бегством, принял мою ногу за пол; мама в истерике, хватающийся за сердце дед, прибежавший из другой комнаты, и разбитый телефон.

Так уж сложилось, что я гипотоник. Я падаю в обмороки везде, где можно и нельзя. Иногда часто, иногда не очень часто. И мне так приятно, что каждый раз, когда я падаю, люди не проходят мимо - они помогают мне прийти в сознание, вызывают скорую. Поднимают ноги, пытаются откачать. В Болгарии немцы мне даже массаж рук и головы сделали, капельницу поставили. После каждого обморока я верю, что человечество еще не совсем испортилось.

Мой волнистый попугайчик открыл для себя Нарнию. Однажды он провалился в чуть приоткрытую дверцу шкафа и обнаружил там верхнюю полку с моим нижним бельем. Восторгу его не было передела, он ходил кругами, утаптывал его и восхищенно ворчал. Теперь у него там гнездо, ворует мои резинки для волос и складывает под лифчик, под ажурными трусами остатки яблока. А я купила себе новое белье и перенесла его в комод.

Устроили с парнем романтик: вино, свечи и прочие няшности. Измазал меня всю взбитыми сливками и приступил к поглощению. На середине пути остановился, икнул и со словами: "Чё-то я обожрался, пойду чайку попью", — ушлёпал на кухню.

Я встретила его, когда мне было 16. Ему 20. Он сломал меня, мой юношеский максимализм, строптивость, мои дурацкие представления об идеальном мужчине. Стал тем самым, кого я потом всегда вспоминала, когда звучала грустная музыка. Мы были вместе год, он учил меня, лепил. Но я сказала нет. Почувствовала, что остановилась в развитии, ничего не хотелось, потому что все мои мысли занимал только он. Я любила его уже тогда, но признать это было бы проявлением слабости. Да и какая серьезность в таком возрасте? Уже после расставания на протяжении двух лет мы продолжали видеться, проводить время. Все знали, что это не конец. А потом он сказал, что устал ждать. Встретил девушку, не такую, как я. Она смотрела ему в рот, хлопая ресничками. Я воспринимала ее как данность, ну, есть и есть. В глубине души я знала, что мы предназначены друг-другу, просто не то время. А потом она забеременела. И он, как порядочный человек, женился. И тут я поняла, что это конец. Он продолжал твердить, что любит меня одну, плакал в трубку во время ночных звонков. После их свадьбы я замкнулась, попала в больницу с нервным истощением. Через полгода после рождения самого красивого мальчика на свете он появился на моем пороге. Сказал, что не может больше терпеть этот фарс. Подал на развод. Его жена не унималась, обрывала телефоны, пыталась свести счеты с жизнью. Мы стали ругаться, он просил не обращать на нее внимания. Она присылала фотографии с вечно плачущим малышом, с кроваткой, которая стояла на балконе в январе, или с коляской посреди проезжей части. Я отпустила, и он вернулся в семью. Почти сразу она снова забеременела. Родилась чудесная девочка. Все это время я жила как в тумане. Сейчас оглядываюсь назад и не узнаю себя. Стала тенью. Он порывался вернуться ко мне, во второй раз подав на развод. Уж не знаю, на какие ухищрения пошла жена, но в день финального похода в ЗАГС за расторжением брака она появилась со справкой о новой беременности. Мне уже ничего не хотелось, я миллион раз пожалела о том, что вообще встретила его на своем пути когда-то. И решила вычеркнуть его из своей жизни, стереть память, надо было учиться жить по-новому. выбросив на помойку восемь лет своей жизни - самые лучшие годы. Его жена периодически продолжала слать мне фотографии их "семейного счастья", с издевкой интересовалась, что приготовить на романтический ужин и какие чулки для утех ей прикупить, хотя я знала, что они спят в разных комнатах. Почти два года затишья... У меня начала налаживаться жизнь, я перестала считать себя ущербной и несчастной. И как-то среди ночи раздается звонок. Всхлипы, с трудом распознаваемая речь, просьбы приехать. Он сидел в морге, белый, с трясущимися руками. Его жена разбилась в автомобильной аварии, не справившись с управлением, в годовщину их свадьбы. Ее руку, вывернутую наружу, торчавшую из-под черного мешка на каталке, я запомню на всю жизнь. Сейчас прошло три года. У меня трое детей, которые зовут меня мамой, любимый мужчина, на подходе наш общий ребенок. И память о женщине, судьбу которой я, сама того не желая, поломала. Иногда она снится мне, синяя, говорит, чтобы я заботилась о ее детях и о муже, чтобы была добра к ее родителям. Очень надеюсь, что она простила меня где-то там. Очень надеюсь.

У родителей была овчарка, умная, дрессированная. Не помню, почему так получилось (меня тогда ещё не было, историю знаю по рассказам), но пришлось им отдать её на службу в военную часть. Через несколько лет приехали за ней, забирать. Думали, не узнает уже. Она как их увидела - ринулась со всех ног навстречу, и всю дорогу домой в машине она держала голову у них на коленях и из глаз текли самые настоящие слезы...

Когда мне было четыре года, мы поехали в деревню. Я была очень активная, и было сложно за мной уследить. Бегать по деревне и приходить с гвоздями в плече или ноге — это было нормой. Но однажды мы с папой пошли по землянику, леса там неспокойные, поэтому всегда с собой ружьё. Папа поседел в 31 год, потому что я увидела медвежонка и начала к нему приставать. И я поседела в четыре года, потому что увидела его маму-медведицу, которая была готова разорвать меня. Пришлось застрелить.