В институте по учебной программе бы...

Пришла "посмотреть кино" к парню. Ну, там обнимашки, целовашки, и тут — бац! — на моих руках застёгиваются наручники. Я в панике: "Мы так не договаривались!" Он спокойно так, по-деловому: "Мы вообще никак не договаривались".

Когда я училась в школе, мы проходили по русскому тему "Устойчивые выражения". В качестве домашнего задания необходимо было спросить у родных, какие крылатые фразы они знают, и записать. Первой "жертвой" стал папа. Единственное, что он вспомнил "глаз на жопу натянуть". Когда я поинтересовалась, что же это означает, ответил: "Сильно наказать". Так и зародилась моя любовь к языку. Филолог.

В детстве был кот по кличке Граф, подобрала его на улице. Этот кот наотрез отказывался ходить в лоток - приходилось выводить на улицу. Все то время, что он жил у меня, Граф справлял нужду только в одно место - в чертову дырочку в крышке ближайшего от нашего дома канализационного люка. Только туда, до самой старости. Наверное, это был самый педантичный кот на свете.

Моя подруга всегда хвалилась тем, что не боится смерти, любила гулять по кладбищам, мечтала побывать на вскрытии трупа, говорила: «Я не такая, как большинство девушек». Она набила себе на руке тату «don’t reanimated». А однажды вскрыла себе вены из-за несчастной любви, испугалась и вызвала скорую. Позже в больнице она мне сказала, как не хотела умирать, что смерть — это страшно. Теперь собирается свести тату.

Считаю, что если смотреть моменты, когда герой фильма или сериала попадает в неловкую ситуацию, в режиме окна, а не развернутыми на весь экран, то чувство стыда будет не таким сильным.

Гуляя с собакой, кидала ему мячик. В какой-то момент пёс побежал дальше, чем улетел мячик, и принёс мне женскую сумку, она пахла костром. В ней лежал кошелёк, ключи, записная книжка, женские мелочи. Решила посмотреть там, откуда прибежал пёсик, может, документы валялись или ещё что-то, и нашла труп девушки. В полиции долго ещё успокоить не могли.

Сидели в одной комнате с другом, я максимально незаметно достаю из сумки прокладку ещё не распечатанную. Хотела в туалет, но друг замечает её у меня в руке и начинает биться в истерике с криками: "А-а-а, убери эту дрянь!" Как оказалось, с самого детства его мама и сестра меняют использованные прокладки в комнате при нём. Разговоры не помогли.

Для кого-то трудно собрать анализ мочи у трехмесячного ребёнка. Но собрать анализ мочи у кота, привыкшего ходить в наполнитель, – вот предел человеческих возможностей.

Спускаюсь я по лестнице, а сзади идёт пацан лет 13-ти. Ну как-то он так упал хорошо, что уткнулся мне прям в пятую точку! А я в этот момент испугалась и пукнула.... Господи, как неловко я себя чувствовала! Я думаю, он тоже..

Работаю психологом в психоневрологическом детском центре реабилитации, к нам ходят на занятия дети с ДЦП, аутята и другие детки с нарушениями в работе нервной системы. Я сейчас работаю с милой доброй девочкой четырех лет, у нее сначала подозревали аутизм, но в итоге сошлись на умственной отсталости, то есть она никогда не сможет стать хотя бы более-менее "нормальной", ей всю жизнь будет требоваться уход. Она гиперактивная, шумная, "не умеет себя вести на людях", как говорят. Но я радовалась тому, насколько адекватная у нее мама - никогда не кричит, не поднимает руку на малышку, девочка всегда чисто и аккуратно одета, с учетом того, как она себя может вести. Потом у меня появилась возможность приглядеться к маме, и я испугалась. У неё руки до локтя все в синяках, от того, что дочь дерётся, если не отпустить её руку и не позволить ей бежать туда, куда ей хочется, она не красится, длинные волосы всегда завязаны в простую косу, эта коса наполовину седая, хотя ей нет и тридцати, она всегда предельно вежлива, часто улыбается, но глаза у неё при этом абсолютно пустые. На приёме, когда я занимаюсь с ребенком, она или читает книгу или может весь час просидеть неподвижно, глядя на свои руки или в стену. Я как-то попыталась спросить, не была ли она сама на приёме у психолога, в ответ получила заверение, что всё замечательно, и помощь ей не требуется, при этом она так же пусто улыбалась и смотрела сквозь меня. Я боюсь за неё, за девочку. Человек, похоже, давно живет за гранью нервного срыва, это в любой момент может рвануть и тогда неизвестно, что она может сделать. А я, хоть и заметила, сказать никому не могу, не имею права.